Документ без названия

PASSIONBALLET ФОРУМ ЛЮБИТЕЛЕЙ БАЛЕТА, МУЗЫКИ И ТЕАТРА

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Екатерина Максимова "Мадам "Нет"

Сообщений 1 страница 26 из 26

1

стр. 80
Стручкова

  Я помню Раису Степановну Стручкову ещё со времён своего ученичества, с того неповторимого периода, когда в Большом театре царили две блистательные балерины - Плисецкая и Стручкова - абсолютно разные, каждая со своим репертуаром, своим амплуа, но обе неповторимо яркие! Когда, например, Майя танцевала Зарему в "Бахчисарайском фонтане", Рая исполняла партию Марии. Стручкова запомнилась очень выразительной Жизелью, изумительной Парашей в "Медном всаднике", великолепной Китри, но, пожалуй, коронной её партией стала Золушка. Стручкова была подкупающе искренней на сцене, какой-то лучистой, чарующе женственной. В школьные годы я принимала участие в детских танцах в спектаклях, где она исполняла центральные партии, а когда пришла в театр, мы вместе выступали в "Шопениане". В первых зарубежных поездках, в Скандинавии, чередовались с ней в разных составах в "Жизеле".
   Наши личные отношения с Раисой Степановной тянутся издалека и связаны ещё с Елизаветой Павловной Гердт. Стручкова стала не просто ученицей Елизаветы Павловны, но человеком, необычайно ей близким, родным, словно доченька. А когда я появилась в доме Гердт, Рая приняла меня как младшую сестру, опекала, заботилась обо мне. Наше поведение и поступки в разных ситуациях Стручкова рассматривала сквозь призму причастности к "семье" Гердт - мы не должны были, не имели права как-то не так вести себя именно потому, что это могло косвенно бросить тень на Елизавету Павловну.
   Рая действительно очень любила Елизавету Павловну, ставшую для неё втoрой матерью. Ко всему, связанному с Гердт, относилась чрезвычайно трепетно, принимала реальное участие в её жизни. Если Елизавета Павловна болела, Рая (где бы она ни находилась) бросала любые дела и летела за ней ухаживать....
Уж сколько лет прошло как не стало Елизаветы Павловны, но в день рождения Гердт и в день её кончины Рая нас обязательно собирает. Она обладает редким качеством благодарной памяти и несёт её через всю жизнь, заставляет и нас беречь эту память. Для неё это свято! Что говорить: все мы зачастую погружены в суету, замотаны, вечно торопимся, и многое в жизни так и проносится мимо. А Рaя заставляет нас остaновиться и вспомнить главное. Глубоко ей признательна за это...
    Когда я познакомилась с Раисой Стапановной, она уже была прима-балериной Большого театра, а я - ещё ученицей, и между нами, конечно, существовала некая дистанция. Со временем отношения менялись - не ощущалась так разница в возрасте, пропадала разница в статусе. Первый раз мы творчески более близко сошлись, когда Александр Лапаури (муж Стручковой) начал с Ольгой Тарасовой ставить в Большом театре балет "Лесная песня". Готовились два состава: в первом центральные партии танцевали Стручкова и Васильев, во втором - я и Гена Ледях. Тогда мы много и интересно работали вместе.
   Но особенно сблизились мы с Раисой после трагической гибели Саши Лапаури. Он разбился на машине, и его смерть казалась для всех настолько невероятной, что ни принять, ни поверить в это было невозможно. Рая и Саша представляли собой идеальную пару, просто эталон отношений: с детства, со школы, Cаша её боготворил, буквально носил на руках, охранял от всяческих невзгод - Рая могла творить, ни о чём не заботясь и не печалясь. Они казались неразделимыми! Поэтому, когда случилось несчастье, все думали только об одном - что же теперь будет с Раей?! Она очень тяжело выбиралась, возвращалась к жизни из состояния непереносимой трагической опустошенности....
Наверное, в тогдашнем моём сближении с Раей сыграло свою роль не только желание помочь ей, но и наше самоощущение как одной "семьи" Елизаветы Павловны....

    Когда у меня в Большом наступил такой период, что отношения с Галиной Сергеевной разладились, да и вообще в театре воцарилась настолько тяжёлая атмосфера, что пропадало всякое желание что-либо делать, я всерьёз задумалась: может, действительно хватит танцевать, зачем это нaдо?! Тогда именно Раиса Степановна своей энергией, своей убеждённостью - "Ты должна, ты обязана, ты можешь!" - вдохнула в меня новые силы, новый импульс и новое желание работать. В какие-то моменты она даже против моей воли заставляла меня репетировать, просто силком тащила в зал и на сцену.
Сама человек необычайно активный, заводной, Стручкова способна и других наполнить своей энергией, а уж готовность поддержать, прийти на помощь отличала её всегда. С 1986 года, с работы над балетом "Анюта" (который Васильев ставил тогда на сцене Большого театра), она стала моим балетмейстером-репетитором и до моего последнего выступления на сцене готовила со мной партии, вечера, концерты. Могу сказать, что зачастую у нас вообще что-то получалось только благодаря Раисе Степановне, например, когда Володя ставил "Увертюру на еврейские темы" С.Прокофьева к юбилейному концерту ансамбля "Виртуозы Москвы". Васильев обещал Владимиру Спивакову сделать к юбилею новый номер, но потом мы уезжали, навалились ещё другие дела - и в конце концов на подготовку у нас осталось всего три дня. Я, как всегда, заявила:  "Нет!Это невозможно, номер очень длинный - поставить, выyчить, отрепетировать его за три дня совершенно нереально!" И как всегда мы всё же начали работать.... В двенадцать часов дня вошли в 3-й зал Большого театра, а вышли уже около двенадцати часов ночи. Вся эта репетиция превратилась в сплошную муку! Сначала дело вроде пошло, потом застопорилось: Володя раздражался - у него не получалось то, что он требовал. "Нет, нет, нет! - повторяла я. - Этого сделать нельзя!" - "Ты сначала попробуй, а потом говори "Нет!" - настаивал Володя. "А чего тут пробовать!? - упиралась я. - Дураку ясно, что это сделать невозможно! И вообще - так будет некрасиво, нехорошо!"....
Надо признать, подобные перепалки были весьма характерны для всех наших репетиций, но тут ещё сказалась и страшная усталость, и боль в ногах. Я просто физически не могла столько часов подряд находиться в балетных тафлях! У меня уже слёзы ручьём текли, рыдания к горлу подступали! Напряжение между нами достигло высшей точки - мы разлетелись по углам, и "Увертюра..." могла бы так и не родиться, если бы не Стручкова. Она металась от одного к другому и уговаривала, успокаивала, увещевала:
       - Володенька, ты успокойся, успокойся! Она сейчас всё сделает!
       - Катенька, ты тоже успокойся! Вот посмотри, я тебе покажу, как это сделать удобнее!
       - Володя, пойми, как ей трудно, как больно! Ты когда-нибудь вставал на пальцы?! (А Володя в запале кричит: "Да! Вставал!")  Но не столько же часов подряд! ты посмотри, как она замечательно танцует, как красиво у неё получается!
       - Катенька, постарайся, соберись с силами!
       - Ну давайте, ребята, ну ещё разочек!
     И так Раиса Степановна все двенадцать часов нас мирила, не давала "уйти в эмоции", бросить всё, прикрываясь взаимными обидами, и заставляла, заставляла работать. Она проявляла поразительное терпение, которым отнюдь не отличалась сама в те годы, когда танцевала (тогда Рая Стручкова могла и полениться: на репетициях позанимается чуток и присаживается рассказывать какие-нибудь истории - только бы поговорить!). Как будто бы всё то, что она сама пропустила, не доделала в молодости, - она с лихвой возмещала с нами... Не знаю, не понимаю, как я вытерпела ту репетицию до конца! Знаю только, что без Раисы Степановны я бы точно не справилась! Но вот как она со своим нетерпеливым характером выдержала, вытерпела нас - до сих пор остаётся для меня большой загадкой!
     Конечно, без Раисы Степановны моя танцевальная карьера закончилась бы минимум лет на десять раньше. А сегодня у неё свои ученики, у меня - свои, мы работаем рядом .....
Фильм "Подпоручик Киже". Балетмейстеры О. Тарасова, Александр Лапаури. В главных ролях Раиса Стручкова и Владимир Васильев.

0

2

стр. 90
С некоторыми своими партнёрами первых лет я выступала преимущественно в концертах или исключительно в концертах. Например, Геннадий Ледях блестяще танцевал технически очень сложное па-де-де из "Пламени Парижа", и моим основным партнёром в этом па-де-де стал именно он; позднее Гена вводил меня в "Пламя Парижа", когда я единственный раз станцевала балет целиком. А из других спектаклей я танцевала с ним, кажется, только "Золушку", и мы вместе готовили премьеру "Лесной песни".
  Ледях родом из Сибири, сначала занимался в балетной студии и выступал на сцене Новосибирского театра. В Москву приехал уже в двадцать лет, хотел поступать в хореографическое училище, чтобы профессионально танцевать классику. И его приняли: Асаф Мессерер взял Гену в свой класс. В балете такое позднее начало - редкость, и дальнейшая успешная карьера танцовщика возможна в том случае, если у него есть особые природные данные: вращение, лёгкость, прыгучесть. Ведь можно человека учить хоть всю жизнь, и он всё равно не научится, если у него нет врождённой координации. А Гена обладал такими врождёнными данными, а кроме того, отличался и упорством, и терпением в достижении своей цели - стать настоящим классическим танцовщиком. Ему приходилось преодолевать много трудностей: например, первое время в Москве Гене даже негде было жить, и он прятался, оставался на ночь в репетиционном зале хореографического училища и там спал... В те же времена приключилась с ним и одна забавная история: получив какие-то первые даньги, Гена отправился в Елисеевский гастроном купить что-нибудь необыкновенное, чего он никогда не пробовал. Смотрел, смотрел да и углядел одну очередь, в которой покупатели (в основном приличного, интеллигентного вида) взвешивали себе граммов по сто-двести каких-то черных крупных ягод. "Ну, - решил Гена,- вот он, столичный деликатес!" И накупил на все свои деньги маслин! С восторгом предвкушая, как будет наслаждаться этакой экзотикой, Гена попробовал штучку ... дошёл до ближайшей урны и всё выбросил! Конечно, маслины по-своему хороши, но к их вкусу надо привыкнуть!
   Когда Геннадий Ледях закончил танцевать, он продолжил свою творческую жизнь - организовал новый балетный коллектив. Начав с полусамодеятельной группы при Доме культуры завода ЗИЛ. Ледях создал школу, которая затем переросла в театр. Теперь у школы очень хорошие выпускники, которые работают во многих профессиональных труппах. С Геной мы поддерживаем добрые отношения, я с удоволъствием бываю на выпускных спектаклях его коллектива (он меня всегда приглашает) и в "Кремлёвском балете" сейчас работаю с его выпускниками.

Поскольку процитированы отрывки из книги Екатерины Сергеевны, посвящённые Раисе Стручковой и Геннадию Ледяху, то выкладываю  "Хрустальный башмачок", где они танцуют главные партии, а юная Екатерина Сергеевна - фею Весны.


а также кусочек из "Пламени Парижа"

0

3

стр. 227 Глава ХII  Кино и телевидение - что получилось
Из того, что снято у меня в кино или на телевидении,
   мне ничего не нравится.
Единственное, что я могу смотреть - смотреть так,
чтобы меня не трясло, - это "Вальпургиева ночь".
Не целиком, конечно, - там есть какие-то моменты,
  которые я просто видеть не могу,
но в принципе это я всё-таки приемлю.
Из хроники принимаю то, что снимал Абрам Хавчин:
    мой первый "Дон Кихот",
вариации первого и третьего акта.
Ещё "Галатею" иногда уже смотрю -
до какой-то степени со стороны смотрю,
  мне даже не верится сейчас, что это я .....
Удвивительный пример скромности и самокритичности.

Да простит меня Екатерина Максимовна, но я сейчас сделаю вот что
Этот шедевр она не сочла нужным даже упомянуть.....
Наслаждайтесь

0

4


К видео из "Травиаты"

стр. 238- 239

В 1982 году, когда на гастролях в Вене мы с Володей танцевали "Дон Кихота" в редакции Рудольфа Нуреева, нам позвонила из Лондона Мэри Сен-Джаст и сказала, что у неё есть для нас интересное предложение от одного друга. К её словам стоило отнестись со вниманием, потому что среди многочисленных друзей Мэри встречались личности незаурядные. И действительно, оказалось, что "интересное предложение" исходило от Дзеффирелли. "Я только что говорила с Франко, - сообщила Мэри, - ему нужна пара для "Травиаты", маленький эпизодик станцевать." Мы сначала подумали: "Уж столько этих "Травиат" видели-перевидели, да и ехать только ради маленького эпизодика..." Но потом мы друг на друга посмотрели и воскликнули в один голос: "Это же Франко! Дзеффирелли!" И конечно, полетели!
  Дзеффирелли хотел, чтобы мы исполнили испанский танец на балу у Флоры. Съёмки проходили в римском киногородке Чинечитта среди декораций невероятной красоты. То, что поставил хореограф фильма, нас не устраивало, и Дзеффирелли предложил Володе сделать свой вариант. Мы много слышали о том, как работают кинематографисты на Западе, как дорого стоит одна минута съёмочного времени. Но Дзеффирелли сразу предупредил: "Володя, работай так, как тебе надо, и не думай о времени - будем снимать столько, сколько потребуется". ................................
... Володя сделал с ним ещё одну совместную работу - в 1993 году на сцене Римской оперы он был хореографом в постановке Дзеффирелли оперы Дж. Верди "Аида". Летом 2002 года они представили новую постановку "Аиды" уже в Вероне на открытой площадке старинного амфитеатра Арена ди Верона.

0

5

стр. 202
Григорович.
О творчестве и диктатуре
     Первую центральную партию, да ещё в премьере новаторского для того времени балета, - Катерину в "Каменном цветке" Сергея Прокофьева - мне в 1959 году поручил Юрий Николаевич Григорович.

До того как он пришёл в Большой театр, мы уже видели его спектакли, уже ездили в Ленинград на его премьеры - нам это казалось настоящим открытием, надеждой на новую жизнь. Мы очень ждали его в Москве!. Однако Григоровича долго не хотели назначать главным балетмейстером - чиновникам Министерства культуры в его поисках мерещилось что-то слишком западное. Не могу сказать, что мы объединились в какую-то группу, которая поставила своей целью привести в театр Григоровича. Но кто как мог - и Майя Плисецкая, и другие артисты - и в Министерство культуры ходили, и говорили о нём, где надо - в общем, боролись за него. Надо сказать, что "в верхах" такой ажиотаж вокруг Григоровича не одобряли, и, когда мы с Володей заговорили о Юрии Николаевиче в Министерстве культуры, тогдашний министр Фурцева страшно возмущалась: "Что это за делегация?! Кто вы такие - у вас ещё молоко на губах не обсохло! Да я вас в Сибирь сошлю!" Однако не мы отправились в Сибирь, а Григорович - в Большой. Его приход, безусловно, открыл новую эру в истории балета Большого театра.
    То, что начало нашего творческого пути совпало, - это счастъе, по-другому я и сказать не могу. Счастъем было танцевать в его спектаклях! Мы стали единомышленниками, у нас возникли прекрасные дружеские взаимоотношения: мы рассуждали вместе с Юрием Николаевичем, что-то предлагали, спорили - и он нас слушал и принимал. То время, когда Григорович ставил для нас, полностью захваченных воплощением его идей, когда мы все просто жили одной жизнью, оказалось, наверное, самым интересным и плодотворным периодом моей творческой деятельности в Большом театре!
    Его второй постановкой в Большом после "Каменного цветка" стал в 1965 году балет "Легенда о любви" - один из лучших спектаклей Григоровича. Я репетировала партию Ширин, но так и не станцевала из-за травмы. Было, конечно, ужасно обидно, ведь много готовилась, репетировала. Правда, потом вернуться к этому спектаклю сама не захотела....
    В 1966 году Григорович поставил совершенно изумительного "Щелкунчика"!........ Маша, партия, которую балетмейстер поставил специально на меня, стала одной из моих самых любимых...
Не знаю, почему сейчас Юрий Николаевич изменил финал спектакля. Раньше Маша в финале не расставалась со сказкой, не прощалась с мечтой. Я помню, как бросалась к игрушечному Щелкунчику просто со слезами на глазах - настолько это было трогательно! На пустой огромной сцене в луче света оставались только маленькая девочка и кукла, только девочка и её мечта. Через призму того, что с ней случилось в Рождественскую ночь, она будет воспринимать всю свою будущую жизнь! .... И вдруг теперь Маша (сейчас - Мари), вернувшись из сказки, видит маму, папу, Дроссельмейера: "Доброе утро! Пора вставать!" Никаких сказок, никаких чудес, тебе всё приснилось! Вся магия, вся красота, вся поэзия пропала - осталась одна бытовая картинка...
    Следующий балет Юрия Николаевича - самый легендарный, прославленный его балет "Спартак". (Единственный "заказной" спектакль Григоровича...) Юрий Николаевич пришёл к нам в сомнениях: "Ребята, давайте будем думать..." Тогда, в 1968-м, нас объединяло настоящее сотворчество: мы начали вместе что-то придумывать, пробовать - и заразились этим. Интересно, что на роль Спартака планировались и Володя, и Марис Лиепа, а на роль Красса - Владимир Левашев, обычно исполнявший характерные партии (ведь по традиции Красс почти не танцевал). В балете также были две контрастные женские партии: Фригию, жену Спартака, репетировала я, а куртизанку, любовницу Красса - Нина Тимофеева. И у Мариса с Володей появилось интересное предложение - сделать партии главных противников одинаково танцевальными, чтобы танцем выразить поединок, реальное противостояние между ними. Пришли со своей идеей к Григоровичу, причём оба заранее согласились на любое решение: например, что Спартаком будет Марис, а Крассом - Володя; и наоборот. Григорович задумался на кокoе-то время, затаился и в конце концов сказал: "Давайте попробуем!" И решил, что Спартаком станет Володя. Очень многие тогда сомневались в правильности такого решения: партию Спартака тогда всегда поручали артистам с монументальной внешностью, роста двухметрового - и вдруг Васильев!... Когда Григорович поставил первый акт, он сказал: "Смотрите и решайте - будем дальше работать или нет. Я абсолютно не уверен..." И вот на верхней сцене мы показали первый акт худсовету и труппе.... И каким это стало триумфом, как нас все поздравляли! А как мы потом боялись, что второй акт получится хуже! Мы страшно "болели" за наше общее дело!

А с "Лебединым озером" начались уже какие-то странности.... Старую постановку я танцевала мало, первый раз в 1968 году, а на следующий год Григорович поставил свой спектакль. Почти сразу после моего ввода в старое "Лебединое" я попала в очередной раз в больницу с очередным приступом. Лежу, и вдруг нянечки приносят газету..... Открываю "Правду" и вижу статью Ю.Н. Григоровича о моём дебюте в "Лебедином озере": "...новые стороны артистической индивидуальности Е.Максимовой... простота и ясность при значительности всего, что она сделала..." - и так далее в том же духе.....
Меня это поразило: чтобы в то время в "Правде" напечатали статью о дебюте балерины в каком-то балете - такое, наверное, раз в десять лет случалось; да ещё сам Григорович, такая фигура, отметил и похавалил мою работу!... И вот начался следующий сезон, Юрий Николаевич объявил: "Старое "Лебединое" снимем с репертуара. Новое репетируют Плисецкая и Бессмертнова". И всё. Меня ни в каких составах нет. Я никогда в жизни в Большом театре ничего не просила, никогда никуда не ходила. А тут я подумала: ну, может, какое-то недоразумение?.. И ещё, помня ту рецензию (сам же хвалил все-таки) я решилась, подошла и сказала: "Юрий Николаевич, мне бы очень хотелось танцевать "Лебединое!" - "Ты знаешь, - говорит, - не получится, партнёров нет". Ну хоть бы какую другую причину придумал! Наверное, он просто не знал, что сказать. потому что как раз с партнёрами-то не было никаких проблем - танцевать могли и Фадеечев, и Лавровский, и Лиепа (правда, у Мариса с Григоровичем тогда уже конфликты начались). В общем, как первый раз в жизни попросила, так и обожглась на этом. И с тех пор никогда больше с просьбами не обращалась. Почему Григорович так поступил тогда - не знаю.....
  Однако потом, когда в 1973 году Григорович делал новую редакцию "Спящей красавицы", мы с Васильевым опять стали первыми исполнителями,
и всё вроде шло хорошо, но... Для меня "Спящая красавица" фактически оказалась последней работой с главным балетмейстером, хотя после этого я числиласъ в штате балетной труппы ещё целых пятнадцать лет. В 1975-м при подготовке "Ивана Грозного" Григорович нас с Володей перевёл во второй состав и даже перестал приходить на репетиции, так что Володя партию царя Ивана готовил с Галиной Сергеевной Улановой. А в "Ангаре" - Юрий Николаевич меня уже ни в один состав не поставил, так же как и в своей версии "Ромео и Джульетты", да и в "Золотом веке" тоже. И слава богу, что не поставил!
  Конечно, не сразу, не вдруг, но что-то постепенно менялось в наших отношениях.... Прежде на репетициях мы  много спорили, что-то обсуждали, и никогда раньше Юрий Николаевич не воспринимал замечания артистов как крамолу, не находил в них ничего обидного. Мы вместе работали! Мы могли что-то предложить - и дело не в том, входили наши предложения потом в спектакль или нет. Но тогда Григорович над замечаниями и другими идеями задумывался, он убеждал и доказывал. Или мы его убеждали. И вдруг предлагать другое и спорить с главным балетмейстером стало нельзя! Сложилась странная ситуация: теперь, когда мы с Васильевым на  худсовете высказывались о его новых спектаклях ("Иван Грозный", "Ангара" и других), любое слово критики воспринималось как личное оскорбление, как происки интриганов. Но последние балеты Григоровича действительно казались нам во многом вторичными, повторяющими его прежние находки ("Ангара" так была просто насквозь фальшивым спектаклем, и Володя даже пытался отказаться от Государственной премии за участие в нем). Однако выяснилось, что когда на худсовете предлагают высказываться, то на самом деле твоё мнение никого не интересует: от тебя требуется только восхищаться и одобрять. В театре стали появляться только те люди, которые хвалили главного балетмейстера. Если кто-то осмеливался произнести малейшее замечание в его адрес, даже в самой благожелательной форме: "Мне очень понравилось, но вот тут, может быть, надо немного подумать..." Всё! Достаточно! Больше такой человек в театре не показывался, его не пускали даже на четвёртый ярус. Это касалось артистов, это касалось журналистов, это касалось всех! Когда издательство "Искусство" выпустило книгу Вадима Гаевского "Дивертисмент", в которой известный и уважаемый критик вполне интеллигентно высказал свою точку зрения на некоторые огорчающие тенденции в творчестве Григоровича и его супруги Бессмертновой, - разразился страшный скандал! Редактора книги Сергея Никулина сняли с должности, в издательстве начались увольнения, приостановили выпуск некоторых других книг о балете, в почти готовых изданиях из вёрстки вырезали куски текста и пустые места срочно прикрывали фотографиями.
   Те, кто был рядом с Григоровичем во времена его молодости, постепенно отдалились, исчезли. Юрий Николаевич начал окружать себя совершенно другими людьми, и не думаю, что общение с ними пошло ему на пользу. Вокруг главного балетмейстера образовалась особая свита, которая беспрерывно восхищалась: "Ах, гений, гений!".... А у нас с Григоровичем остались чисто формальные отношения подчинённых с начальством...............................
Я часто думаю: почему так произошло? Конечно, и люди меняются , и власть меняет людей, и безудержная лесть развращает. Но самое главное, возможно, кроется в том, что одному человеку трудно совмещать две разные, взаимоисключающие профессии - административное руководство огромной труппой и творческую работу балетмейстера............................................
....дело в том, что, подменяя творческое содружество начальственным давлением, художник в конце концов разрушает сам себя, превращается в бесплодного диктатора. К сожалению, в Большом театре именно так и произошло, и балетная труппа на долгие годы погрузилась в состояние глубокого творческого застоя, когда главный балетмейстер сам творить уже не мог, а другим не давал ....
   С болью и недоумением смотрели мы на то, как разваливается наш дом - наш Большой театр: и колонны стоят, и люстры висят, и зал полон - а сцена рушится ......

0

6

стр. 156 -158
Что страшнее потерять
  Разве нам с Васильевым не предлагали остатъся? Как раз наоборот, нам ещё говорили: "Вас двое, репертуар станцован, вы в любом театре сможете работать без проблем. Вам не нужно искать партнёров, договариваться, чтобы порепетировать, не нужно для этого лететь с другого края света. Вы вдвоём - и весь мир перед вами!" Поступала масса предложений, мы могли остаться в любой момент, в любом театре в любой точке мира и на любых условиях - только выбирайте! Поэтому нас всегда и спрашивали, и удивлялись: "Почему вы возвращаетесь обратно?!"
    Естественно, мы над этим задумывались. Особенно, когда в очередной раз приходилось выяснять отношения с Госконцертом или Министерством культуры и тебе популярно объясняли, что ты ничего не можешь, не имеешь права, что ты - никто! Ситуации складывались нелепые до идиотизма. Вот только один пример: мы с Володей в своё время пытались добиться, чтобы на сцену Большого клали линолеум, как это делается во всех театрах мира. На линолеуме танцевать во много раз удобнее: сцепление туфель с таким покрытием гораздо лучше, чем с материей, натянутой на нашей сцене, да и выглядит линолеум более красиво. Эта наша борьба началась очень-очень давно, ещё когда Министерство культуры возглавляла Фурцева. Мы приглашали в театр и её, и других чиновников - показывали, объясняли, доказывали. Нам в ответ с тупым упорством повторяли: "Нет-нет, нельзя класть линолеум - он возгорится!" Вызвали мужика с паяльной лампой, он этот линолеум жег-жег, тот лишь немножко оплавился. Я говорю: "А если вы тряпку подожжете? Она что, гореть не будет?! Во всём мире ма сценах линолеум лежит!" Бесполезно доказывать - всё равно не позволили! Только много позже, когда мы с Володей сделали свою программу, свой спектакль, за свои деньги купили линолеум, тогда его разрешили раскладывать - но только на наши представления! Перед другими спектаклями его тут же скатывали и убирали... В такие моменты внутри закипало: "Да что я тут доказываю, распинаюсь?! На что трачу свои силы, свою жизнь?!"
   Думаю, если бы на нас как следует "надавили", если бы поставили в такое положение, когда нельзя выступать, нельзя выезжать на гастроли - возможно, мы бы и остались на Западе. Но нас никогда не доводили до крайней точки. А просто желания "остаться" не возникало, я всегда стремилась обратно. Не надо забывать, что это происходило не в нынешнее время, когда можно тихо-спокойно поработать за границей, а потом вернуться без проблем. Тогда, уезжая, приходилось здесь все зачеркнуть! Здесь - Россия, здесь - Родина, здесь моя судьба, моя природа, всё то, что со мной связано. Хотя дело даже не в березках (березки растут и на Западе), но, покидая свою страну, я теряла человеческие привязанности, теряла друзей. Я понимала, что там у меня будут яхты, острова, замки, да все, что угодно - чего никогда не будет здесь. Что страшнее потерять? Мировую славу, богатство, даже какие-то роли, которые я могла бы станцевать на Западе? Оказалось, что для меня существуют гораздо большие ценности, чем карьера, престиж, деньги. Я никогда бы не смогла выбросить друзей из своей жизни: расставание с ними стало бы трагедией.
  И сейчас я могу сказать, что ни одной минуты, никогда в жизни не жалела, что осталась в России. Хотя и трудно бывало, и очень трудно.... Я совершенно не осуждала тех, кто уехал: у каждого своя дорога, свой выбор. Но мои заботы, печали и радости, моё счастье и судьба - только здесь, это моя жизнь, и менять её не надо ...

0

7

В Москве пройдет выставка к 75-летию балерины Екатерины Максимовой

0

8

0

9

Вечер памяти Екатерины Максимовой

Отредактировано Владимир (06-02-2014 19:19:51)

0

10

Библиографический ресурс "Чтобы помнили". Максимова Екатерина Сергеевна
http://chtoby-pomnili.com/page.php?id=3275

+3

11

Хорошая подборка рассказов о Екатерине Максимовой "А любовь к Катюше сбережем" сделана Еленой  Федоренко. 
О неподражаемой балерине вспоминают: Ирина Антонова, Наталья Касаткина, Владимир Зельдин, Михаил Лавровский и другие.
Правда, материал из газеты Культура от 28.01.2014 уже не новый, но и не устаревший, так что все, кто восхищается  Екатериной Сергеевной, и кому еще не довелось ознакомиться с этой статьей, думаю, прочитают ее с огромным удовольствием.

Ссылка

+1

12

+2

13

http://www.youtube.com/watch?v=DwDse2ql-74
Мне очень нравится по качеству этот фильм о Владимире Васильеве и Екатерине Максимовой, относительно недавний - размещен в январе 2014 года.
Там с 36-й минуты адажио из третьего действия балета "Спартак", про которое Екатерина Максимова говорит, что оно - ее любимое.
Сейчас идут в Большом "Спартаки". Глядя на нынешних Фригий, мне кажется, что всем им даже близко не удалось подойти к эталонному по артистизму и технике (чего стоит только заключительный десятиоборотный пируэт, когда опорная нога постепенно сгибается)  исполнению этой партии Екатериной Максимовой.
Это все конечно ИМХО. Но мне кажется, что сейчас нет балерины с таким высоким уровнем балетной техники, как был у нее.
Феномен этой балерины, на мой взгляд, и в том, что при ее маленьком росте она имела исключительно пропорциональную фигуру, поэтому не казалась миниатюрной. А роли ей одинаково успешно давались и инженю, и лирические, и глубоко драматические.

+4

14

Дорогая Maria!
Спасибо за "Дуэт" - счастье от соприкосновения с искусством в его абсолютном проявлении.

Maria написал(а):

Феномен этой балерины, на мой взгляд, и в том, что при ее маленьком росте она имела исключительно пропорциональную фигуру, поэтому не казалась миниатюрной. А роли ей одинаково успешно давались и инженю, и лирические, и глубоко драматические.


Вот это, как мне кажется, и называется словом "харизма".

0

15

Сотворение мира
Театр балета Касаткиной и Василева

Е.Максимова, С.Исаев

+1

16

http://balletoman.com/Covers/Das-Schweizer-Milch.jpg

Choreography: Pierre Lacotte
Execute: Ekaterina Maximova, Stanislav Isaev, Sergey Beliebten.

0

17

Кто может быть скучнее Лакотта? - Лакотт.
Что может быть скучнее "Марко Спада" - "Натали, швейцарская молочница".
И только гений Екатерины Максимовой и великолепная труппа Касаткиной-Василёва может сподвигнуть даже самого заядлого балетомана досмотреть эту глупость, нашпигованную цитатами из всех возможных и невозможных балетов - от "Жизели" до "Тщетной" Эштона - досмотреть эту мутотень до конца. :mybb:

0

18

http://se.uploads.ru/t/oix0r.jpg

0

19

an exhibition dedicated to Madame Njet in Rome from 06.11.2014 to 18.11.2015

http://www.danzaedanzaweb.com/articolo/ … tra-a-roma

0

20

"Это чудо, что Бог создал такую пару", – говорят одни. "Это судьба", – подхватывают другие. "Нет, – парирует Владимир Васильев. – Я не верю в судьбу". Он согласен, среди талантливых людей такое случается не часто: равные по дарованию, с Екатериной Максимовой они были вместе почти всю жизнь. Общее детство в балетной школе, общая карьера, общий успех. И горечь от несправедливости – тоже общая, но когда в Большом театре им указали на дверь, они не растерялись, потому что знали: они вдвоем, и перед ними – весь мир...

Е.Максимова В.Васильев: "Больше, чем любовь"

http://tvkultura.ru/video/show/brand_id … id/155467/

+1

21

La Bella Durmiente - Ekaterina Maximova - Elisabeth Maurin (1989)

0

22

Сегодня пришла прекрасная книга Е.В. Фетисовой "Екатерина Максимова. Энциклопедия творческой личности". С прекрасной статьей, посвящённой любимому Учителю от Татьяны Предеиной. Она пишет: "Для педагога Максимовой особую ценность предстaвляла гармония внутреннего состояния и тела. Она всегда подчёркивала, что техника должна быть крепкой, но это лишь основа для создания полноценного образа. Екатерина Сергеевна учила танцевать естественно и этой естественности уделяла внимание не меньшее, чем технике. Она учила вкладывать в движение душу и сердце, именно прожить каждый миг танца".
И далее: "Максимова не терпела немузыкального, равнодушного исполнения и обращала внимание на такие нюансы исполнения, которые из зала, казалось, вовсе никто не заметит. Мелочей для неё не существовало: каждый шаг, каждый взгляд, каждый жест - всё имело самое важное значение. И проверялось всё: костюм, причёска, грим и украшения. Екатерина Сергеевна формировала вкус, учила правильному отношению к профессии и к ежедневной работе."
Ну вот почитал бы что ли кто из современных руководителей балетных трупп в Москве .... :glasses:

0

23

         Великолепная  Екатерина Максимова и замечательная хореография Васильева.

            Па де де . Торелли.

Отредактировано Рома (26-05-2019 21:36:03)

+1

24

Лагунов - достойный партнёр. И до Николая Максимовича были танцовщики с очень длинными ногами.
Необыкновенная синхронность, лёгкость исполнения. Но мне показалось, что Лагунов не до конца выпрямляет ноги в коленях. Возможно, так задумано? Или так тогда танцевали... Сам танец выглядит очень современным.

0

25

 

          Неподражаемая      Екатерина  Максимова. Ну кто еще так станцует тарантеллу?Стаким куражом и артистизмом.

Отредактировано Рома (21-06-2019 21:53:27)

+1

26

Рома написал(а):

Ну кто еще так станцует тарантеллу?Стаким куражом и артистизмом.


Будем надеяться, что когда-нибудь Елизавета Кокорева. Если вообще ещё будут танцевать. :flag:

0