Документ без названия

PASSIONBALLET ФОРУМ ЛЮБИТЕЛЕЙ БАЛЕТА, МУЗЫКИ И ТЕАТРА

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Это интересно

Сообщений 1 страница 30 из 41

1

Дорогой(ая) PRIVET, в теме "Кремлевский балет" Вы написали:
"Короче - не читайте, а если читаете - то не принимайте всерьёз балетных критиков!"

В интересной лекции М.Казиника о С.В.Рахманинове присутствует та же мысль о "профессиональных знатоках", хотя речь идет вовсе не о критиках балета. Видимо, все же  "во многой мудрости много печали; и кто умножает познания, умножает скорбь".

+2

2

На телеканале "Культура"
13 октября в 22.10 в передаче "Смотрим... Обсуждаем...."  фильм

"Первая позиция"

Документальный фильм режиссера Бесса Каргмана рассказывает о шести молодых танцорах со всего мира в процессе их подготовки и участия в Youth America Grand Prix, одном из наиболее престижных балетных конкурсов мира.

+1

3

Наши друзья-хореографы!
Рады пригласить Вас и Ваши коллективы принять участие в событиях Творческого Движения "Танцевальная Волна".

Ближайшее из них- гала-фестиваль "Волна 2014"- 14-17 декабря, Санкт-Петербург. Подарите своему коллективу новогоднюю сказку!

- Профессиональная сцена для выступления участников
- Новогодняя елка и выступления артистов на открытии фестиваля
- Экскурсионные маршруты по закулисью Петербургских театров
- Зимние забавы, снежный парк, катание на санях с Дедом Морозом 
-Награждение каждого участника личным кубком 
-Руководитель принимается бесплатно 
-Возраст участников от 3 до 28 лет 

На гала-фестивале вы можете подвести творческие итоги уходящего года, продемонстрировать все, чему научились и конечно же посмотреть самый красивый из всех северных городов- величественный Санкт-Петербург.

ПОЛОЖЕНИЕ ФЕСТИВАЛЯ И СТОИМОСТЬ УЧАСТИЯ ЗДЕСЬ: http://volnafest.su

Если у Вас появятся вопросы – звоните, мы всегда на связи!
+7 812 942 37 08
http://sa.uploads.ru/t/cWSnl.jpg

Отредактировано Анна1977 (28-10-2014 22:57:14)

+1

4

«Гала-концерты развращают слушателей»

Скрипач Максим Венгеров — о чистоте жанра, юбилейном концерте на берегу швейцарского озера и самоанализе, необходимом для музыканта

http://sa.uploads.ru/t/YLXHF.jpg

Читайте далее: http://izvestia.ru/news/578831#ixzz3IHLCfnQA

0

5

Дмитрий Гриневич - театральный художник, которого забыли

http://sa.uploads.ru/dT5io.jpg

«Дмитрий Гриневич родился 15 ноября 1895 года в гор. Вильнюсе. Из-за аристократического  происхождения  (его мать была из дворянского рода героя войны 1812г.  Барклая де Толли) в 1924 году революционный трибунал отправил Гриневича в лагерь. Сидел он во Владимире 11 лет.
В заключении Дмитрий вынужден был рисовать при свете луны по ночам, имея набор из 6 цветных карандашей для школьников, которые ему приходилось все время прятать, чтобы сохранить.  Единственная доступная для него в лагере бумага - почтовые карточки для писем на волю. Все карточки были строго лимитированы и поэтому Гриневичу приходилось выменивать их у других заключенных на еду. Гриневич писал миниатюры и прятал их от охраны. Если их находили, то они публично уничтожались на глазах у всех заключенных.
Из Воспоминаний Дмитрия Гриневича: «В клубе вечер: приехал ансамбль театра Веры Майя, где я до ареста работал. На афишах стояла моя фамилия художника, а со сцены конферансье ее объявлял, если танец исполнялся в костюмах по моим эскизам…».
Это был, по тем временам смелый поступок руководителей коллектива.
Обычно, о тех, кто подвергался репрессиям забывали. Вычеркивали их имена не только из будущего, но и из прошлого.
«В 1943 году, Дмитрий Гриневич был отправлен на фронт, в штрафбатальен - "Чтобы кровью смыть свое криминальное прошлое". В составе "штрафбата" Гриневич дошел до Берлина. В 1945 году, благодаря своей успешной службе, в возрасте 50 лет Гриневич вернулся в Москву и стал работать  учителем рисования». 

«Дмитрий Гриневич, архив которого был недавно найден и опубликован ( http://proza.ru/2014/03/25/386 ), был участником двух войн (гражданской и отечественной 1941-45 гг.), трижды арестовывался, отсидел в общей сложности 18 лет, прошёл через ссылку и лагеря. Работал санитаром в тифозном госпитале, воспитателем в детских домах, учителем в школах. Учителем он был от бога, - дети обожали его. Несмотря ни на что, каждую свободную минуту он рисовал. Его картины можно было встретить на художественных выставках в 20-30-е годы.» 

http://sa.uploads.ru/QidrR.jpg
http://sa.uploads.ru/np4Vh.jpg
http://sa.uploads.ru/RPzCU.jpg
http://sa.uploads.ru/bmZ0N.jpg
http://sa.uploads.ru/8Y3rx.jpg

Поневоле задумаешься: сколько же замечательных творческих биографий было поломано, сколько  судеб  загублено, сколько замыслов не воплощено, сколько  молодых жизней не прожито, сколько талантливых детей не рождено...

Отредактировано Айрин (30-11-2014 22:50:05)

+3

6

Спасибо, дорогая Айрин!
Потрясающий художник!
А ломать - не строить, губить - не взращивать.

0

7

Дорогая PIRUETTE благодарю Вас, за понимание и поддержку.

Я случайно натолкнулась на сведения о Дмитрии Гриневиче  и о театре, в котором ему довелось служить. Читала, буквально, со слезами на глазах.
Решила, что даже, если это никому не  интересно, все равно, людям  необходимо  об этом  хотя бы узнать.

«Уж сколько их упало в эту бездну,
Разверзтую вдали!»
 
Представьте, ведь если бы он не оставил дневников, которые сейчас как-то случайно нашлись и опубликованы  в интернете, то его история и его работы навсегда были бы преданы забвению.
Два последних  рисунка, наверное, как раз те, что он рисовал на почтовых открытках.
Предполагаю, что и после освобождения он продолжал работать цветными карандашами. Исподволь приобрел собственный оригинальный, интересный  стиль.
Судя по некоторым данным, и ученики у него были, ставшие впоследствии известными.
О нем статью для журнала Окаём, в котором тогда работала, еще при его жизни,  написала Людмила Улицкая.
Первый рисунок, по-моему, это  автопортрет.  На нем он, конечно,  элегантен и аристократичен.

Но только не стой угрюмо,
Главу опустив на грудь,
Легко обо мне подумай,
Легко обо мне забудь.
Написала Марина Цветаева.
Выходит,  не суждено нам его забыть.
Как будто само  проведение позаботилось, не дав уставшему  от испытаний, навсегда исчезнуть в небытии  и безвестности. 
А нам остается только тихо погрустить о светлом  и  талантливом человеке, о его тяжелой, несправедливой  судьбе.
Вечная ему память.

Отредактировано Айрин (03-12-2014 14:54:21)

+1

8

Московский Молодёжный Музыкальный клуб.
Григорий Самуилович Фрид.

0

9

http://www.pressmon.com/ru/a/ru/1503105 … Ya-RABOTAT

0

10

Я - нечастый посетитель форума , как и положено, забыв пароль пробивалась на форум с 2 часов дня до половины десятого вечера, когда наконец-то пришел временный пароль. Почему он так долго гулял по интернету не могу себе представить.
Я уже тут и могу оставить ссылку, посмотрев которую, можно ощутимо поднять настроение и с гордостью хором сказать: Ай да русские, ай да молодцы! И мысль работает прекрасно и руки-ноги не отстают! А исполнение?!!! Любо-дорого. Но главное - идея! В результате британское жюри в поисках талантов (передача «Британия ищет таланты») нашла русские таланты и отдала им должное, аплодируя стоя. Очень показательны открытые рты и отвисшие челюсти членов жюри. А слова-то какие. Жаль, что на английском, в котором я, к великому моему сожалению, не сильна.
Итак: Танцоры из России произвели настоящий фурор на шоу «Британия ищет таланты»

http://vicer.ru/юди-на-шоу-британия-ищет-таланты/

+2

11

Вика К., спасибо, что Вы проявили максимум упорства и все же пробились на форум.
Завораживающее зрелище Вы нам подарили.  :cool:

0

12

Любимая и любящая Тамара Синявская:

0

13

В свои почти 79 лет Карла Фраччи сегодня снова танцует - в балете "Шехеразада".
Её соло пойдёт на музыку арии "Варягского гостя".

http://www.gramilano.com/2015/08/carla- … eherazade/

0

14

Carla Fracci, 79

0

15

Следующая станция — конец
Дмитрий Воденников о внутренних концлагерях

http://www.gazeta.ru/comments/column/vo … 2537.shtml

+1

16

Партия Натали
Мифы о жизни Натальи Гончаровой после смерти Пушкина до сих пор не развенчаны

С личностью Натальи Гончаровой связано немало мифов. Она стала женой поэта в 1831 году. Но с момента гибели поэта общество разделилось на тех, кто считал ее причастной к гибели Пушкина, и тех, кто считал ее ангелом-хранителем поэта. На эту тему и состоялся разговор с исследователем-пушкинистом, членом Союза писателей России Татьяной Рожновой

http://s6.uploads.ru/t/ajPJn.jpg

Известно, что Наталья Николаевна сожгла почти все свои письма к Пушкину, поэтому выяснить, где правда, а где домыслы, сегодня трудно. Зато хорошо сохранились письма второго супруга Натали генерала Петра Ланского к ней. Наталья Николаевна редко делилась с кем бы то ни было тем, что у нее было на душе, тем более не откровенничала на тему отношений с Пушкиным. "Это было самое святое для нее, эти чувства она носила в своем сердце", - считает Татьяна Рожнова. Наталья Пушкина овдовела в 24 года. "Она жила только ради своих детей, - рассказывает Рожнова. - Их у нее было четверо, младшему едва исполнилось восемь месяцев. Пушкин оставил 140 тыс. долга. Она занимала даже у слуг. Вернувшись в Петербург, она отказывалась от визитов друзей, в свет не выходила. Как отмечают многие ее современники, с момента гибели поэта улыбка с ее лица исчезла навсегда".

Наталья Николаевна носила траур семь с половиной лет. К ней сватались. Николай Аркадьевич Столыпин часто бывал в ее доме. Сватался граф Лев Алексеевич Перовский. Князь Голицын засылал своих гонцов. Он требовал от нее отправить детей в пансион и стать одной из самых богатых жен Петербурга.

"Ее призвание - быть матерью в многодетной семье, - говорит Татьяна Рожнова. - И она исполнила его в полной мере. Ее мужем не мог стать человек, который бы не полюбил ее детей". Таким человеком стал генерал Петр Ланской, командир лейб-гвардии Конного полка. Как только приходил Ланской, дети тут же повисали на плечах статного военного и проводили с ним много времени. 16 июля 1844 года они поженились. Ему было 45, ей - 32. Наталья Гончарова родит Ланскому еще трех дочерей. И после смерти Натали Петр Ланской больше не женится и оставит завещание похоронить его рядом с ней. В одном из писем к дочери она написала: "Выбирая свое семейное счастье, нужно быть предельно осторожным". А в письме к Ланскому она признавалась: "Ты единственный дал мне счастье без примеси". Что бы ни говорили злые языки, это был брак не по расчету. У Натальи Николаевны были другие, более блистательные в денежном отношении партии, но она их отвергла. Душа и благородство Ланского привлекли Наталью Гончарову.

Ссылка

+3

17

http://s6.uploads.ru/HIYxK.jpg
Н. Н. Ланская в начале 1860-х гг.

Дорогая Айрин, вы разместили один из лучших портретов Натальи Пушкиной.

А это фото, вернее, дагерротип. Здесь Наталье Николаевне около 50 лет. Справедливости ради нужно сказать, что снявшись на дагерротипы несколько раз, Наталья Николаевна посчитала их крайне неудачными. Но все равно, эти снимки дают чувство живого прикосновения к истории. Достоинство, утонченность и благородство облика они передали вполне.

"Вот как выглядела Наталия Николаевна примерно в то время, по словам Л. Спасской, дочери врача в Вятке: "От её некогда знаменитой красоты сохранилось мало следов... В обращении Наталия Николаевна производила самое приятное впечатление сердечной, доброй и ласковой женщины и обнаруживала в полной мере тот простой, милый аристократический тон, который так ценил в ней Пушкин".Ссылка

Дагерротипы появились и вошли в широкое употребление в середине 19 века. Подумать только, у нас могли быть фотографии Пушкина)).

+2

18

Zeta написал(а):

вы разместили один из лучших портретов Натальи Пушкиной.

Дорогая Zeta, действительно, портрет Наталии замечательный.  Романтическая красавица, олицетворяющая   эпоху романтики. Вы помните, по описаниям у неё как-то не совсем правильно смотрели глаза, но это её нисколько не портило, наоборот, взгляд казался рассеянным, неуловимым и загадочным. Мне кажется, что автором  в  этом портрете эта её милая особенность передана.
Да, и само существование дагерротипа словно совершает какой-то сдвиг временных пластов, сокращает внутреннее ощущение продолжительности векового расстояния, приближает изображенное на нем к дню сегодняшнему, делает его более современным,  досягаемым, прагматичным. Напоминает, что эпоха романтики уже закончилась навсегда.

Помню, я была поражена, когда увидела дагерротип жены  Моцарта - Констанции Вебер. Казалось, что уж она-то всплыла совсем из глубины веков, а на деле - всё намного ближе.

http://s7.uploads.ru/t/TMbkP.jpg

Или цветная фотография Льва Толстого:

http://s6.uploads.ru/ZGHtY.jpg

+2

19

Дорогая Айрин, Вы меня поняли совершенно. Это пугающее ощущение, когда будто исчезает время и тебя настигает реальность. Оно появляется, когда персонажи эпохи романтического портрета вдруг глядят на тебя с фото.

Выражение «дагерротип жены Моцарта» кажется мне совершенно невозможным, каким-то нарушением логики. Не то что само изображение. Это просто оглушает).

Что может быть цветная фотография Льва Толстого, я еще могла предположить, хотя все же очень странно было ее увидеть. У меня была книга «Российская империя в цвете» - альбом С. Прокудина-Горского, изобретателя цветной фотографии. Там были различные виды - городские, деревенские. Тоже помню это неожиданное чувство реальности, когда со снимков на меня хлынула цветная дореволюционная Россия. Так что Толстого, скорее всего, тоже он сфотографировал.

Но Констанция Вебер! Дама из 18 века, заставшая фижмы и парики!

Все же можно постараться представить себе живого Пушкина, взглянув на дагерротип его сестры Ольги Сергеевны. Родовые черты).

http://s3.uploads.ru/fuXCE.jpg

Отредактировано Zeta (01-02-2016 20:29:31)

+2

20

Да, дорогая Zeta, цветное изображение Толстого это, конечно, Прокудин-Горский. По моим сведениям, ничего подобного нигде в мире в то время еще не было.
Интересно смотреть на изображение Ольги Сергеевны. Действительно семейные черты проступают, но какое-то общее ощущение обыденности,  может быть, большой усталости от жизни,  присутствует.
Ах, как хотелось бы, чтобы "наше всё" жил долго и счастливо. Хотелось бы представить его облик в более зрелые годы.
Размещённые Вами фото натолкнули  меня на мысль поискать фото с изображением  и Льва Сергеевича (Лёвушки). К сожалению ничего не нашлось, зато  нашлась интересная статья о нём. Ему суждено было прожить жизнь недолгую, но во всех отношениях вызывающую уважение.

"Пушкин Лев Сергеевич (1805-1852)

http://s6.uploads.ru/ioSDw.jpg

Лев Сергеевич Пушкин – младший брат поэта А.С. Пушкина.

В 1823 году, находясь в Одессе, А.С. Пушкин посвятил ему блистательную поэтическую миниатюру:

“Брат милый, отроком расстался ты со мной –

В разлуке протекли медлительные годы;

Теперь ты юноша – и полною душой

Цветешь для радостей, для света, для свободы…”

“Милый брат, – писал Александр Сергеевич еще из Кишинева, – я виноват перед твоею дружбою, постараюсь загладить вину мою длинным письмом и подробными рассказами”. Далее – подробное описание вояжа по Кавказу и Тавриде, а позднее – пространное письмо о переезде в Одессу. В годы южной ссылки младший брат был первым помощником и конфидентом поэта: нередко улаживал его литературно-издательские дела в столице, выполнял различные поручения, в том числе пересылку книг и периодики; с ним Пушкин обсуждал текущие проблемы, свои и чужие тексты, переводы, наставлял брата, делясь жизненным опытом и т. д. С ним он бывал предельно откровенен, если знал наверняка, что письмо не перлюстрируется. Именно брату Пушкин, например, доверительно рассказывал о намерении подать прошение об отставке, о контактах с М.С. Воронцовым и проч.
Обладавший исключительной памятью, Лев Пушкин знал наизусть буквально все произведения брата, в том числе наброски, варианты, версии, реплики. Он сообщил много бесценной информации П.В. Анненкову, М.Н. Лонгинову, Б.М. Маркевичу, Я.П. Полонскому, и эти воспоминания опубликованы. П.А. Вяземский когда-то написал, что со смертью Л.С. Пушкина “погребены многие стихотворения брата его не изданные, даже и не записанные…”
Последние годы жизни, без малого десятилетие, Лев Сергеевич верой и правдой служил Одессе непосредственно – как гражданин, как чиновник, как культуртрегер, и снискал колоссальное уважение в городе. В фонде Одесской портовой таможни Государственного архива Одесской области хранится несколько дел, содержащих полные сведения о государственной службе Л.С. Пушкина. Из его “формулярных списков” разных лет узнаем: 26 октября 1843 года он определен чиновником Санкт-Петербургской таможни “для познания дел с прикомандированием к Одесской портовой (таможне – О. Г.) для исправления должности сверх штата”. 11 ноября того же года “переименован в коллежские асессоры”, а 9 мая 1848 года произведен в надворные советники.
До самой своей кончины, последовавшей 19 июля 1852 года, Лев Сергеевич служил в Одесской портовой таможне, некоторое время, впрочем, прослужив и в сухопутной (1844-1845 гг.). Здесь уместно упомянуть о том, что до 1842 года он в основном пребывал в войсках, участвовал в ряде военных кампаний, дослужился до майора, неоднократно поощрялся и награждался за отвагу – кавалер орденов Станислава 3-й степени, Владимира 4-й степени с бантом, Анны 3-й степени с бантом и 4-й степени за храбрость, получил серебряные медали за персидскую и турецкую войны, польский знак отличия за военные достоинства. За годы служения в Одесской таможне многократно награждался и поощрялся, в том числе “денежными награждениями” и чинами.
Служба в таможне в годы порто-франко считалась одной из самых значимых, ответственных, престижных. И не зря чиновники, сотрудники этой институции, обязаны были обладать незапятнанной репутацией, не зря они знатно поощрялись за безупречную самоотверженную службу. Расхожее мнение, будто порто-франко не знало таможенных пошлин – блеф. Пошлины взимались, однако были значительно ниже, чем в портах с традиционным таможенным режимом – 1/5 – 2/5. Тем не менее и этот “урезанный” таможенный сбор давал 75-80%, а то и больше всех доходов города! Другими словами сотрудники таможни непосредственно способствовали наполнению городского бюджета. И именно за это неоднократно награждался Л.С. Пушкин! Разве не заслуга перед Одессой, по существу жившей и строившейся за счет таможенных сборов?
Однако пойдем дальше. Не только на государственной службе проявил себя “брат милый”. Достойный всякого доверия современник пишет о том, что “Лев Сергеевич Пушкин пользовался в свое время большим влиянием на общественное мнение Одессы как в деле искусства, так и в вопросах справедливости”, что подобные ему люди “даже впоследствии, несмотря на перемену обстоятельств, до конца своей жизни сохранили свободу слова и мнений, и свой авторитет”. Лев Пушкин и его супруга, люди, прямо скажем, не слишком хорошо обеспеченные, тем не менее, участвовали в движении благотворительности и милосердия. В “Одесском вестнике” 1840-х годов есть публикации о пожертвованиях этой четы в пользу неимущих. Ко Льву Сергеевичу часто обращались в приватном порядке как к третейскому судье, когда речь шла о различных спорах и “вопросах чести”.
Редактор “Одесского вестника” Н.Г. Тройницкий сообщает: “Брат поэта, Лев Сергеевич Пушкин, был замечательно остроумный человек и феноменальной памяти. Он знал на память и превосходно читал все ходившие тогда в рукописи русские стихи. Он и познакомил автора (то есть Тройницкого – О. Г.) с Гоголем”. Тройницкий рассказывает, как Л.С. Пушкин повел его в карантин, в котором проходил положенную обсервацию Н.В. Гоголь, и здесь они общались на дистанции, разделенные несколькими проволочными решетками. Лев Сергеевич был самым близким Гоголю человеком в Одессе. “Гоголь не раз заходил к автору стихотворения (Тройницкому – О. Г.) и Льву Сергеевичу, в дом Крамарева, на Дерибасовской, где они оба квартировали”.
Дом купца и муниципального деятеля М.А. Крамарева – предшественник “Пассажа”, то есть он занимал то же “пятно” на углу Дерибасовской и Преображенской улиц. Это был огромный доходный дом, одно из самых обширных и величественных зданий старой Одессы – здесь бывал даже император Николай I, не говоря уже о новороссийских генерал-губернаторах. В самом конце позапрошлого столетия дом Крамарева (тогда он уже числился за Синицыными) сменил крупный торговый центр с гостиницей. Это и есть памятное место, связанное с пребыванием Льва Сергеевича Пушкина в Одессе. Здесь он прожил около девяти лет со своей супругой (с 1843 г.) Елизаветой Александровной Загряжской (1823-1898 гг.), здесь родились их дети – Ольга (21 сентября 1844 г.), Анатолий (17 марта 1846 г.), Мария (27 мая 1849 г.) и умершая в младенчестве София.
Летом 1852 года Лев Сергеевич Пушкин скончался после тяжелой болезни. Его отпевали в расположенном прямо напротив дома Крамаревых Спасо-Преображенском соборе, а затем похоронили на Старом городском кладбище. Надгробие упоминается в одном из одесских справочников 1920-х годов как еще существующее. Однако в середине 1930-х кладбище уничтожили.
Как ни удивительно, но вопрос об установке памятного знака на “Пассаже”, инициированный руководством ежегодного международного поэтического фестиваля “Пушкинская осень в Одессе”, надолго повис в воздухе, решение под разными предлогами оттягивалось, причем явно по неким двусмысленным политическим мотивам. Наконец, наши усилия увенчались успехом: 15 сентября 2011 года мемориальная доска, изготовленная скульптором К.Н. Степановым, была торжественно открыта. "

А вот и портрет Льва Сергеевича в зрелые годы. Лицо красивое, умное, интеллигентное - наглядное  воплощение лучших человеческих качеств.
Хочу подчеркнуть, что в противоположность чиновникам нынешним, ЛС, занимая ответственный пост на таможне, был отнюдь не богат и при этом активно трудился на ниве благотворительности.
Печально, но, похоже, что это изображение - не фото. Однако можно предположить, что и Александр Сергеевич, при благоприятном  стечении иных жизненных обстоятельств, мог бы выглядеть примерно так же.
http://s3.uploads.ru/Z1AN4.jpg

http://odessa-memory.info/index.html?id=92

Отредактировано Айрин (02-02-2016 13:15:14)

+2

21

Дорогая Айрин, конечно, портрет Льва Сергеевича вызывает совсем другие эмоции. Пристальный живой взгляд  фамильных глаз с опущенными уголками и чуть приподнятый уголок рта, будто дрогнувший в улыбке. Кажется, что он готов рассмеяться чьей-то шутке. Очень хороший портрет, выразительный. Умное, красивое, энергичное лицо.

Я ничего особенного не знала о Левушке. У меня в памяти, по высказываниям некоторых современников, отложился образ этакого бонвивана и остряка-балагура. Мне очень интересно было узнать, что это был благородный, уважаемый и честный человек.

Я даже не знала, что он жил в Одессе и что он был женат на Загряжской! А ведь Наталья Николаевна – по матери Загряжская. Так что братья Пушкины женились на девицах из одного рода.

И меня совершенно сразило, что Лев Сергеевич знал наизусть все стихи брата. И дело не только в том, что это феноменальная память. Для меня это еще проявление нежнейшей братской любви.

Большое спасибо за этот прекрасный материал!

+2

22

Дорогая Zeta, и ещё небольшие дополнения , позволяющие более обстоятельно  представить  облик, характер  и судьбу Льва Сергеевича Пушкина, а также  людей из его ближайшего семейного окружения.
«…Видевший Льва Пушкина в салоне своего дяди, племянник Антона Дельвига Андрей Андреевич Дельвиг вспоминал:
«Он был остроумен, писал хорошие стихи, и, не будь он братом такой знаменитости, конечно, его стихи обратили бы в то время на себя общее внимание. Лицо его белое и волосы белокурые, завитые от природы. Его наружность представляла негра, окрашенного белою краскою.»…
…«С чином штабс-капитана поступил в Отдельный кавказский корпус. Будучи на службе на Кавказе, он узнал о смерти брата лишь в марте 1837 года. Его письма к другу наполнены отчаянием:
«Сам я получил только контузию, будучи вечно под пулями; бедный же брат мой погиб в это время от одной, ему обреченной. Несправедлива тут судьба, его жизнь необходима была семейству, полезна отечеству, а моя — лишняя, одинокая и о которой, кроме тебя и бедного отца моего, никто бы и не вздохнул».
Есть свидетельство, что еле удалось друзьям отговорить Л. С. Пушкина от его намерения ехать во Францию и стреляться с Дантесом.
В 1842 году в чине майора, награжденный орденами Святого Владимира 4-й степени, Святой Анны 3-й и 4-й степени, уволился с военной службы и переехал в Одессу, где поступил на государственную службу в Одесскую портовую таможню.
В Одессе Лев Пушкин быстро занял заметное положение в обществе. Самые известные и уважаемые люди Одессы бывали в его доме, у него останавливались известные литераторы. В таможенном департаменте его ценили как хорошего чиновника, служба его отмечена повышением чинов и Высочайшими наградами.
Лев Сергеевич Пушкин в 1843 году женился на Елизавете Александровне Загряжской, дочери симбирского губернатора А.М. Загряжского. Она приходилась родственницей его невестке, Наталье Гончаровой, с которой Лев в течение всей своей жизни поддерживал добрые отношения. От брака с Елизаветой Александровной у него было четверо детей: Ольга (1844-1923); Анатолий (1846-1903); Софья (умерла в младенчестве) и Мария (1849-1928).»
http://s6.uploads.ru/t/1fmNX.jpg
Е.А.Пушкина

«Для нас же особое значение имеет общение А.С.Пушкина с симбирским губернатором Александром Михайловичем Загряжским, двоюродным дядей Натальи Николаевны, во время пребывания поэта 9–15 сентября 1833 года в Симбирском крае. Именно у Загряжского получил Александр Сергеевич письмо от жены, а хозяин и его супруга Каролина Карловна оказали ему родственный приём, создали условия для отдыха и сбора материалов для «Истории Пугачёва» и «Капитанской дочки».В своём очерке «Губернатор Загряжский» (Ульяновская правда, 1993, 20 февраля) я рассматривал различные точки зрения на личность A.M. Загряжского, у которого в 1834–1835 годах служил И.А. Гончаров, и показал, что в целом это был знающий администратор, не запятнавший своей репутации взяточничеством, тонкий ценитель литературы и искусства.»
«И кто бы мог подумать, что десятилетие спустя миловидная Елизавета Загряжская, получив аттестат об окончании петербургского Смольного института благородных девиц, уже в Одессе (где её отец Александр Михайлович начал службу в администрации Новороссийского края) обратит на себя внимание Льва Сергеевича, младшего брата великого поэта!
Лев Пушкин в гостеприимном доме Загряжских  сразу же стал желанным гостем и душой общества. Все, кто с ним общался, отмечали его ум, весёлый характер, остроумие, завидную способность писать хорошие стихи, смелость и отвагу. Немудрено, что, когда этот боевой 37-летний офицер и интересный собеседник зачастил к Загряжским, он не мог не приглянуться 19-летней Елизавете Александровне.
Лев Сергеевич же был очарован её красотой. В 1843 году, с благословения родителей, они обвенчались.
Но молодая чета счастливо прожила всего лишь до 1852 года, когда в возрасте 47 лет скончался Лев Сергеевич, оставив 29-летнюю вдову с тремя детьми: 9-летней Ольгой, 7-летним Анатолием и 4-летней Марией
Умер Лев Сергеевич в Одессе 19-го июля 1852 года от тяжёлой болезни (водянки) и был похоронен на 1-м Христианском кладбище.
Обладая феноменальной памятью, Лев Сергеевич запоминал стихи и целые поэмы с одного прочтения.
«С ним, — как утверждал после его смерти П. А. Вяземский, — можно сказать, погребены многие стихотворения брата его не изданные, может быть даже и не записанные, которые он один знал наизусть».
С Львом Сергеевичем связаны стихотворения Пушкина «Брат милый, отроком расстался ты со мной» (1823), «Послание к Л. Пушкину» (1824) и другие произведения.
Александр иногда сердился на Льва за его стихотворческие нескромности, некоторую невоздержанность и распущенность в поведении, мотовство, но он любил его нежно родственной любовью брата с примесью родительской строгости.
Из литературных трудов Льва Пушкина изданы «Биографическое известие об А. С. Пушкине до 1826 года», воспоминания о поэте в отдельных журнальных статьях и переписка братьев (более 40 писем). Все литературные материалы хранятся в Санкт-Петербурге в Пушкинском доме.

Л. Пушкину (1823)
Брат милый, отроком расстался ты со мной,
В разлуке протекли медлительные годы.
Теперь ты юноша — и полною душой
Цветешь для радостей, для света, для свободы.
Какое поприще открыто пред тобой,
Как много для тебя восторгов, наслаждений,
И сладостных забот, и милых заблуждений!
Как часто новый жар твою волнует кровь!
Ты сердце пробуешь в надежде торопливой,
Зовешь, вверяясь им, и дружбу и любовь.»

. Елизавета Александровна после смерти мужа  переехала в Петербург, откуда пыталась выехать за границу, но, получив отказ из-за числившихся за семьёй долгов, она в 1853 году поселилась с детьми в Большом Болдине Лукояновского уезда Нижегородской губернии. То самое Болдино, где когда-то жил и работал   брат её мужа. Село это досталось Льву Сергеевичу после смерти отца его, С.Л. Пушкина.
Первой учительницей своих детей была сама Елизавета Александровна, но когда дети подрастали, она стремилась устраивать их в столичные учебные заведения. Сына Анатолия она поместила в Московский кадетский корпус.
Старшую дочь Ольгу, слабую здоровьем, выдала замуж за местного землевладельца Я.Г. Хоботова, а младшую, Марию, поместила в Смольный институт, руководимый тогда К.Д. Ушинским.
http://s7.uploads.ru/t/m3SFD.jpg
Е.А. Пушкина
http://s7.uploads.ru/t/UaMfg.jpg
Е.А. Пушкина

http://www.yazikov.org/kritika/zhores.shtml
http://www.smirnova-tatjana.ru/pusin-ji … skina.html

Отредактировано Айрин (16-02-2016 15:22:20)

+2

23

Дорогая Айрин, Вы меня вдохновляете на поиски!   :love:

Согласитесь, есть удивительное сходство между портретами жен братьев Пушкиных.  Тот же нежный и задумчивый взгляд, удлиненный овал лица, легкая полуулыбка. Каштановые локоны, сияющая белизна лица. Или это на художника действовала магия имени? Или это Лев Сергеевич бессознательно следовал романтическому идеалу брата? Или же все девицы Загряжские несли в себе определенные черты породы? Кто скажет теперь…

http://s6.uploads.ru/pjTB1.jpg     http://s2.uploads.ru/GRQZg.jpg

Другой великий русский писатель,  Иван Гончаров, служил под началом симбирского губернатора и был очарован Лизой Загряжской: "...Она ласково, немного краснея, ответит на поклон веселой улыбкой, с оттенком легкой иронии, которая, как скрытая булавка, нет-нет да и кольнет. Дитя и вместе не дитя: прелесть девушка!"
http://divina-augusta.livejournal.com/4883.html

А Пушкин, проезжая через Симбирск в 1833 г., оказывается, останавливался в доме губернатора и имел мимолетное знакомство с 10-летней будущей свояченицей. Вот как вспоминала об этом подруга Елизаветы Констанция Габленц: «…По зале пронёсся слух, что приехал сочинитель А.С. Пушкин, мы все взволновались от ожидания увидеть его, и вдруг входит в залу господин небольшого роста, в чёрном фраке, курчавый, шатен… Мы все уже сидели по стульям и при его общем нам поклоне сделали ему реверанс; через несколько минут мы все  ним познакомились и стали просить его потанцевать с нами, он немедленно же согласился, подошёл к окну, вынул из бокового кармана пистолет и, положив его на подоконник, протанцевал с каждой из нас по несколько туров вальса под звуки двух скрипок, сидевших в углу».

Поэт танцевал тогда с девочками-подростками и, конечно, не мог знать, что одна из его партнёрш – Елизавета Загряжская, которой было всего десять с половиной лет, - станет впоследствии женой его брата Льва Сергеевича.
http://www.uokm.ru/yazikov4.php

+2

24

"Раскрывая тайны звезд": Муслим Магомаев
Подробнее: http://www.m24.ru/videos/104576?utm_source=CopyBuf

0

25

В ОРКЕСТРОВОЙ ЯМЕ ЖДАЛИ ЛЮДИ В ШТАТСКОМ.

http://leon-orr.livejournal.com/1444805.html

МУЗЫКАЛЬНЫЙ МАГАЗИН. В оркестровой яме ждали люди в штатском

Олег Дорман записал воспоминания дирижера Рудольфа Баршая
Рудольф Баршай. Фото: Валерия Генде-Роте / ИТАР-ТАСС
В начале октября в издательстве Corpus выходит

книга «Нота» — монологи выдающегося советского дирижера и альтиста Рудольфа Баршая, ученика Шостаковича, друга Ойстраха, Гилельса и Ростроповича, основателя Московского камерного оркестра.
Автобиографию Баршая записал кинематографист Олег Дорман, автор знаменитого «Подстрочника» о жизни Лилианны Лунгиной. Съемки телефильма «Нота» проходили в начале осени 2010 года в Швейцарии, где более 20 лет жил Баршай; в ноябре того же года 86-летний дирижер умер. Сейчас его прямая речь впервые издается полностью — в виде книги. «В совокупности это — беспрецедентная картина советской музыкальной жизни. И одновременно — волнующий автопортрет одного из ведущих ее творцов», — пишет в предисловии Соломон Волков. «Лента.ру» публикует 23-ю главу «Ноты».
Как-то раз, подходя к Большому, я обратил внимание, как много вокруг театра милиционеров. Стояли заборчики, и людей с музыкальными инструментами проверяли люди в военной форме. Меня тоже военный остановил, отдал честь. «Что в чемодане?» Я говорю: альт.

— Не понял.
— Ну, виола.

— Это что?

— Скрипка такая большая.

— Откройте, пожалуйста.

Я открыл.

— Ясно. Куда направляетесь?

— В Большой театр.
— Участвуете в мероприятии?

— В оркестре работаю.
— Проходите.

В Большой нередко ходили крупные государственные чиновники, и нас часто проверяли. Любопытно было, кто пожалует на этот раз.

На проходной тоже милиционеры, и снова проверка инструментов. Проверяли уже двое. Один нашел у меня в футляре сурдинку.

— Это что?
— Сурдинка.
— С какой целью проносите?

—  Я надел сурдинку на струны.
— Это зачем?
— Звук глуше, она придает некоторую окраску. Вот смотрите. — Провел смычком с сурдинкой, потом снял, провел без. Они переглянулись. Слышу, у меня за спиной, кто-то на валторне заиграл. Проверяют, нет ли чего внутри, наверное.

— А вот это?
Смотрю, второй держит мою металлическую коробочку для канифоли.
— Канифоль.
— Паяете?
Я открыл коробочку, провел канифолью по смычку.

— Улучшает скольжение.

— Спасибо. Проходите.

В оркестровой яме нас ждали люди в штатском. Они не смотрели ни в зал, ни на сцену: только на музыкантов.</p>

Догадались мы правильно. Вскоре после начала спектакля — а это был балет «Пламя Парижа» — в правительственной ложе, той самой, где когда-то сиживал купец Ушков с дочерью, появился товарищ Сталин. Один музыкант возле меня совершил резкое движение — полез в карман за сурдинкой. Его тут же крепко схватил за руку энкавэдэшник. Увидел сурдинку, отпустил, тот едва успел вовремя вступить.
С трудом дождавшись конца акта, артисты на сцене повернулись к ложе и начали аплодировать Сталину. Он стал хлопать в ответ. Пошла цепная реакция: публика, поняв, в чем дело, взорвалась аплодисментами. Он встал, вышел вперед и показался зрителям.

То, что началось, нельзя назвать аплодисментами и даже овациями. Это был шквал. Это было так страшно, что казалось, сейчас обвалится потолок с люстрой и плафонами. Я держал альт и смычок и мог на законных основаниях не аплодировать, но некоторые музыканты хлопали и с инструментами в руках. Больше всего меня поразило то, как Сталин реагировал на эту бурю восторга и обожания. Никак. Его лицо было абсолютно неподвижным, абсолютно равнодушным: каменный истукан. Посмертная маска. Он молча допускал все это безумие, потом повернулся и ушел в ложу. Аплодисменты тут же стихли, как будто люди испугались его рассердить. Начался следующий акт. Я всматривался в его лицо — оно было по-прежнему таким же неподвижным, бесстрастным. В антракте он ушел.

На «Пламя Парижа» Сталин приходил несколько раз. А в начале сорок восьмого года посетил оперу «Великая дружба», и вскоре началось страшное.

Я думаю, бацилла желания уехать поселилась во мне сразу же после Постановления о музыке. Это трагически знаменитое постановление партии, в котором били Шостаковича, Прокофьева и Хачатуряна за так называемый формализм. Как над ними издевались, какие были ужасные вещи. «Правда» писала: товарищи Шостакович и Прокофьев, ваша музыка не нужна народу. В подтверждение приводились письма, подписанные шахтерами, токарями, доярками.

В консерватории было устроено собрание, настоящее средневековое аутодафе, которое продолжалось три полных дня с перерывами на ночь. Какой это был позор, какой страшный абсурд. Профессор Келдыш, известный музыковед, завкафедрой истории русской музыки, говорил, что такие педагоги, как Шостакович, толкают студентов в бездну, учат презирать нашу собственную музыку, классическую музыку, и обожествлять формалистскую. «Вот, товарищи, студент Борис Чайковский не сумел на экзамене перечислить все оперы своего великого однофамильца».

«Прошли те времена, — говорил министр культуры Лебедев, только что назначенный, — когда развитие советской музыки определяли всякие Мадлеры и Хандемиты!»

Гольденвейзер, старик, игравший когда-то Льву Толстому в Ясной Поляне (он любил об этом напоминать по всякому поводу), бывший директор консерватории, классик, которому не было никакой нужды участвовать в этом позоре, но, видимо, хотелось показать свою важность, тоже выступил. Откройте, он говорил, любой квартет Гайдна: в нем больше музыки, чем во всех симфониях Шостаковича, вместе взятых. А что такое сонаты Прокофьева? Ведь они могут навсегда испортить пианисту руки!

Шостакович сидел в последнем ряду. Мы, студенты, — на ярусе. Сверху мы видели, как он каждые десять минут выходит покурить, а потом возвращается на свой стул как на лобное место. Он ни на кого не смотрел — и на него никто не смел взглянуть.

Когда одна дама, преподававшая историю музыки, страшно поносила Прокофьева, мы с ребятами написали записку и передали в президиум: «Скажите, пожалуйста, когда Вы врали: сегодня или в прошлом году на лекции о Прокофьеве?» Она с каменным лицом прочитала и положила в карман.

Поздно вечером я сел в троллейбус, который ходил тогда по улице Герцена, и услышал за спиной разговор двух старушек: «Помнишь, мы выбирали депутата Шебалина? Директором консерватории был. Вывели голубчика на чистую воду: враг оказался. Сочиняет музыку, вредную для народа!»

Незадолго до этого погиб великий Соломон Михоэлс. Теперь известно, что его убили по личному приказу Сталина, гэбэ, или как оно тогда называлось, инсценировало несчастный случай. После собрания Дмитрий Дмитриевич зашел к Талочке, дочке Михоэлса, обнял ее и сказал: «Как я ему завидую».

Был у меня добрый друг, Герман Галынин. Он пришел учиться в консерваторию прямо с фронта. Демобилизовался и явился в солдатских обмотках, в шинели на композиторский факультет, стал учеником Шостаковича. Вскоре вся консерватория знала, что учится новый гений. Его сочинения не оставляли равнодушным никого. Герман был незаурядным пианистом. Одно время мы вместе жили в общежитии на Трифоновке, возле Рижского вокзала, — не помню, почему мне пришлось временно там поселиться, — и по вечерам еще с одним нашим приятелем играли трио Гайдна. Это совершенно бесподобная музыка, простая, как будто наивная, естественная, как бывает народная музыка. Гайдн писал, что отец его был ремесленником, мастерил колеса, и во время работы напевал немудреные песенки. Эти песенки, пишет, навсегда поселились в моей душе, и я не стеснялся употреблять их в качестве какой-то части моих трио, квартетов, потом симфоний. Мы с Германом решили, что все трио Гайдна сыграем, а их очень много — сто или больше. Действительно сыграли, и каждый вечер у двери комнаты, где мы играли, собирались ребята и слушали.

Германа как ученика Шостаковича тоже стали уничтожать за «формализм». Герман потерял рассудок. Однажды в холод, не надевая пальто и шапки, он пошел на улицу Горького, вошел на Центральный телеграф, посмотрел кругом и громко закричал: «Сталин и Жданов — убийцы!» Его схватили, конечно, потом посадили в сумасшедший дом. Самое умное, что они могли сделать. Он пробыл там несколько лет. Его жена, верная его Наташа, носила передачи. Однажды вдруг звонок мне в дверь — открываю, она стоит на пороге: Рудик, Германа отпустили, пойдем скорее к нам. Мы встретились, обнялись. Считалось, что его вылечили. Я сказал: «Удивительное дело, как раз сейчас мы с оркестром репетируем твою сюиту. Хочешь, пойдем послушаем?» — «Конечно, конечно хочу». Пошли, репетиция была в филармонии, на улице Горького. Он послушал, дал какие-то советы, потом пешком пошли обратно домой. Он говорит: «Спасибо тебе, Рудик». — «Да что ты, это спасибо тебе за такую чудесную музыку». — «Знаешь, когда будешь играть, следи, пожалуйста, внимательно, чтобы
враги ничего не испортили. Они ведь кругом, кругом, Рудик, только ждут...»

Как сумел выдержать сам Шостакович, не потерять рассудок, не покончить с собой? Ведь это не в первый раз с ним проделывали. Как выдержал Прокофьев и все остальные? Их уничтожали, унижали. Прокофьев тоже держался с замечательным достоинством, даже вызывающе. Хачатурян, великий композитор и высокой порядочности человек, оказался не так силен, но он был потрясен силой духа Шостаковича. Он потом говорил: «Шостакович приходил с этих страшных заседаний, садился за стол и писал гениальную музыку». Это не художественный образ: Гликман тоже мне рассказывал, что Дмитрий Дмитриевич в самом деле приходил вечером домой и писал концерт для скрипки с оркестром.

Детей Шостаковича травили в школе. Им кричали: «Ты сын (или дочка) врага народа». В эти дни я впервые повел Леву в цирк на Цветном бульваре. Выбегает на манеж клоун — был такой замечательный Карандаш, очень смешной. В руках у него собачка. А на манеже стоит пианино. Он эту собачку на пианино бросает, и она начинает бегать по клавишам — бам-бам-ля-ля-ля, туда-сюда. Заведующий сценой выходит. «Карандаш, что это делает твоя собака?» А он говорит: «Ах, не обращайте внимания, она играет новую симфонию Шостаковича». И публика корчится от хохота.

После собрания я позвонил Д.Д. Мы его так звали между собой. «Я хотел бы как-то выразить вам свое сочувствие, Дмитрий Дмитриевич». — «А знаете что, Рудольф Борисович, вы не могли бы ко мне приехать?» Он единственный из педагогов консерватории был всегда со студентами на «вы». «Могу, конечно, с удовольствием». — «Приезжайте». — «Когда?» А он говорит: «Когда хотите, хоть сейчас». Я взял и поехал.

Приезжаю домой. Один он дома сидит. Повел меня к столу, сели за стол. Молчали. Ничего не говорили. Что можно было сказать? Сказать было нечего ни ему, ни мне, и некому было тогда ничего сказать. Ужас. Обуял нас ужас обоих, и все. Он пошел, принес бутылку вина и коробку шоколада. Хорошее было вино, грузинское, вроде «Хванчкары». И мы с ним бутылку всю выпили, закусывали конфетами только. Ну, молодые все-таки были. Он, правда, уже не такой молодой, а я совсем мальчишка. Сидели-сидели — чувствую, пора уходить. Ну сколько можно сидеть и молчать? Встаю. Он видит, что я собираюсь прощаться, и говорит: «Спасибо».

Протянул мне руку, пожал руку: «Спасибо». И все. И я ушел.

Всякая тираническая власть, всякая деспотия всегда против модернизма, всегда. Так было, уверен, и в Древнем Риме, и в Египте при фараонах. Модернизм нарушает существующий порядок. Он прежде всего свидетельствует о свободе человека, в данном случае — композитора, а свобода заразительна. Напоминать человеку о том, какое он сложное явление, всегда значит выступать против власти. Писать такие аккорды, как писал Шостакович, это был вызов, и я вас уверяю, он прекрасно это понимал. Он никогда не был официальным композитором, даже когда под пытками, не преувеличиваю, под моральными пытками, писал симфонию про Великий Октябрь и Ленина. Его музыка выражает страдание и разорванность души, так страдают при любой тирании, во все времена и где угодно, так вообще страдает человек, поэтому музыка Шостаковича универсальна. Его аккорды непонятны уху испуганному, холопскому, оглушенному, а живому человеку прекрасно понятны.

Говорили: «Надо писать музыку, которая понятна народу». Что эти люди знали о народе или хотя бы о публике? В СССР была прекрасная публика, чуткая, серьезная, благодарная. А хотите знать, что думал об этом Бах, не только величайший, но и популярнейший композитор? Однажды его сын — тоже композитор, как и все сыновья Баха, — пришел домой очень довольный: он давал концерт и имел колоссальный успех. А наутро отец ему сказал: «Ты имел вчера большой успех у толпы — значит, ты плох. Надо сочинять не для масс, а для знатоков. Если у знатоков будешь иметь успех, тогда станешь великим композитором». Это, прямо скажем, идет вразрез с большевистской моралью и понятиями о воспитании трудящихся масс. Для деспотии опасно искусство, которое воспитывает не массы, а человека.

В гитлеровской Германии Малер был запрещен. Немцы были недовольны, когда его, пусть редко, исполняли у нас в тридцатые годы. А когда Сталин объявил, что Гитлер — его друг, Малера и у нас запретили. Тут, вы скажете, дело в антисемитизме Гитлера. Но что такое этот антисемитизм применительно к музыке? Не надо объяснять его просто происхождением Малера, который, к слову сказать, принял католичество — это было условием властей, чтобы дать ему пост директора Венской оперы: еврей не мог занимать такую должность. Нет, здесь под видом антисемитизма выступает вражда против человечности, личного достоинства, сострадания, доброты. Эту вражду сформулировал еще Вагнер, который ввел в оборот словосочетание «еврейская музыка».

Помню, как в конце семидесятых репетировал со Штутгартским оркестром Первую симфонию Малера и случайно услышал в перерыве, как один музыкант восторгался этой музыкой и говорил, что она сильнее брукнеровской, а другой ему сказал: «Дурак же ты. Брукнер — это святая музыка, а Малер — еврейская музыка». Этот другой на литаврах играл.

С другой стороны, возвращаясь к модернизму: при Гитлере вполне благоденствовал Карл Орф, очень модерновый композитор, который, правда, писал на старинные стихи, с большими хорами, и это подходило эстетике рейха. Ему предложили сочинить новую музыку к «Сну в летнюю ночь» вместо музыки Мендельсона — потому что Мендельсон был запрещен. Орф согласился. Так что под словом «модернизм» власть имеет в виду не всякую новизну, нет-нет, она чутко распознает именно то, что для нее опасно, то, в чем таится глубинный протест и подлинная революционность. И наоборот, с подачи власти часто расцветает поддельный модернизм, который симулирует свободу и дискредитирует ее.

Когда я услышал Четвертый струнный квартет Шостаковича, написанный в сорок восьмом году, то был потрясен откровенностью и бесстрашием этой музыки. Там, скажем, с невероятным сарказмом проходит православный хорал, потом еврейская танцевальная тема, и это повторяется несколько раз. Однажды я показал Шостаковичу это место в партитуре. Каким же взглядом он на меня посмотрел. Тут была и гордость, и радость, что кто-то все понял... Он несколько секунд так смотрел, а потом как будто потушил огонь — хотя при этом, наоборот, зажег спичку и закурил «Казбек» — он курил «Казбек» или «Беломор», — и сказал официальным тоном, как будто хотел и меня научить, как надо об этом говорить: «Но это ничего не значит. Просто музыка, и все, просто музыка».

+1

26

http://www.classicalmusicnews.ru/anons/ … ena-opera/

В Московском метро впервые будет исполнена опера!

+1

27

В сегодняшние рутинные трудовые будни у нас частенько не хватает ни времени, ни сил, а иногда и финансовых средств, чтобы приурочить себя к культурному досугу. Посещение известных театров – отдых не из дешевых, который требует и приобретения  соответствующего гардероба, дабы не выглядеть глупо в кругу более обеспеченных любителей искусства.
Благо, прогресс шагнул вперед, не оставив при этом без внимания и культурные виды отдыха. Теперь даже самые известные и дорогостоящие спектакли можно просматривать онлайн, сидя дома. Но ещё более бюджетным вариантом станет  бронь ссылки для просмотра записи уже отснятого спектакля. При том, что ссылка выдается для одного пользователя, просматривать тот же спектакль на одном ПК может и целая компания, оплатив при этом сумму не больше стоимости Coca-Cola в McDonald’s. 
http://shabshai-theater.com

0

28

От барокко - к романтизму. Лекция

Kolesnikova

0

29

Сегодня День памяти АЛЬГИСА ЖЮРАЙТИСА. Елена Образцова и Альгис Жюрайтис познакомились на сцене и не расставались почти 20 лет. Об их любви в Большом театре ходили легенды. Неизмеримый талант и страсть - вот то, чем наградила Елену и Альгиса судьба.
Ни о какой любви Леночка Образцова даже не мечтала. Разве что о любви к музыке. Худенькая девушка, дитя войны, на тонких длинных ногах, в которых самым толстым местом были колени, уверенной походкой, вопреки воле отца пришла поступать в консерваторию. Ее взяли без экзаменов: редкий случай - приемная комиссия мгновенно разглядела в ней будущую оперную звезду.
Ноты, пюпитры, репетиции до поздней ночи - Леночка не бегала на танцы, как ее сверстницы, учила и учила. «Ленка, останешься в старых девах!» - подначивали однокурсницы. Между собой ее даже прозвали монашкой.
Елена Образцова - Семья и музыка
Леночке исполнилось двадцать шесть, и слова подруг могли стать пророческими в личной жизни Образцовой, не встреть она в гостях у друзей импозантного и серьезного мужчину, физика Славу Макарова. «Вот мой будущий муж», - пронеслось в голове Образцовой. Так и случилось. Вячеслав -Петрович был старше, умнее, лучше разбирался в жизни.
В их отношениях он сразу взял на себя роль наставника. Леночке нравилось, что он одержим служением науке так же, как она - музыке. Они поженились и прожили счастливо семнадцать лет. Пока не грянул гром...
Альгис Жюрайтис - биография, личная жизнь
В их доме бывали коллеги Елены Образцовой по Большому театру, в том числе Альгис Жюрайтис, известный литовский дирижер. Елена старалась каждый раз приготовить особенный ужин - Альгис был очень худым и не ел мяса. Но это была не единственная его странность. В Большом театре над Жюрайтисом часто подтрунивали - вегетарианец, йог, аскет. Он был необыкновенным человеком, гениальным дирижером.
Никогда не использовал дирижерскую палочку, управлял оркестром с помощью рук. Когда в Японии поклонники спросили, почему он не пользуется палочкой, Жюрайтис со свойственным ему остроумием ответил: «Палочками я ем, а не дирижирую». Он сочетал в себе несочетаемое: литовское хладнокровие уживалось со взрывным итальянским темпераментом, тяга к романтизму соседствовала с крайней необщительностью, а интеллект и огромный багаж знаний об искусстве и мире - с детской непосредственностью в выражении эмоций.
Будучи всю жизнь близок к буддистским идеям, уже в зрелом возрасте Жюрайтис крестился в православие с именем Александр. Всю свою необычайную энергию этот человек выплескивал на сцене, у него были сотни тысяч поклонниц во всем мире. А вот с личным - не везло. Альгис трижды был женат, у него были дочь и сын, которым он признался однажды, что не создан для семейного счастья. «Для этого тоже нужен талант, а я больше талантлив в музыке», - сокрушался он.
Елена Образцова и Альгис Жюрайтис: личная жизнь: За кулисами Большого
Нельзя сказать, что Жюрайтис не обращал внимания на приму Большого, красавицу певицу Елену Образцову. Ведь она тоже была незаурядной личностью. Вот она выходит исполнять свою коронную арию в «Кармен». Публика ахнула: неслыханное дело - оперная дива стоит на сцене босиком! Нигде, ни в одном оперном театре мира такого еще не было.
«Ну, скажите мне, откуда у бедной безработной цыганки деньги купить бархатные туфли с серебряными пряжками?!» - объясняла Елена свой смелый поступок. Она вообще всегда была смелой, почти хулиганкой. Кто еще в зрелом возрасте рискнет попробовать себя в драматическом искусстве и сыграет в спектакле Виктюка, похудев для этого на 28 кг за два месяца?
А в 72 года на «Новой волне» в Юрмале Елена Образцова решила похулиганить и спеть вместе с рэпером Тимати, чем потрясла публику до глубины души... Нет, если Альгис и говорил, что не замечал эту Необыкновенную женщину, то конечно, лукавил.
Однажды в темных коридорах Большого театра Альгис подошел к Елене и предложил спеть оперетту. Она была занята - собиралась на гастроли в Италию, поэтому отмахнулась: «Замечательно, я вернусь, и мы споем». А когда вернулась, Жюрайтис вдруг объявил: концерт оперетты даем через три дня. Как через три дня?! Она же не репетировала ни минуты! А там тексты на немецком, которого она не знала. Елена накинулась было на Альгиса, но встретила его растерянный взгляд - беспомощный, как у ребенка. Он не подумал...
И тогда Елена совершила для него этот подвиг: поставила ноты и читала с листа, но концерт спела. Когда занавес опустился, Альгис пришел в гримерку к Елене. Ему не нужно было ничего говорить - она все поняла. Между ними как будто искра пробежала. Случилась любовь, которая разрушила всю предыдущую, налаженную личную жизнь.
Этому не предшествовало никаких ухаживаний, цветов, свиданий. Но они оба поняли, что должны быть вместе. «Все, что я делаю на сцене, - это о любви и ради любви. Когда человек перестает любить, он уже не может быть артистом. Певец обязан жить страстями, а не лежать в вате, боясь простудиться. Любовь - Божий дар, от которого нельзя отказываться», - говорила в интервью Образцова.
В театре ничего не скроешь, об их романе быстро узнали, у людей был шок. Все привыкли, что Образцова очень скрытная и строгая и на легкомысленные поступки не способна. Ей говорили: «Ты с ума сошла! Зачем тебе Жюрайтис?»
Они катались вдвоем на машине, по вечерам бродили по улицам, взявшись за руки, словно подростки. А ведь Елене было 43, а Альгису - 54. Скрывать вспыхнувшие чувства было нелегко, особенно Образцовой. Но она переживала за реакцию дочери, которая в это время заканчивала школу. Решили дождаться, когда Леночка сдаст экзамены и поступит в университет. Но однажды Лена сказала матери: «По-моему, Альгис тебя любит». Образцова попыталась обернуть все в шутку, но дочь уже все поняла. И рассказала отцу...
Елена и Альгис прожили вместе двадцать лет, как один день. Не было ссор, размолвок, упреков. Их объединяла общее дело - музыка, они оба принадлежали искусству. Много ездили вместе и по заграницам, и по России, вместе ставили спектакли. Елена впервые почувствовала себя абсолютно счастливой: рядом с ней был не только любимый мужчина, но и единомышленник. Ей больше не нужно было выбирать между семьей и работой.
Не нужно доказывать свое право на служение искусству. Не нужно ничего объяснять - Жюрайтис понимал все по ее глазам. Цена, которую Образцова заплатила за свою любовь, себя оправдала. Альгис очень любил ее руки, не было дня, чтобы он не сделал супруге массаж и не перецеловал их. Когда они ссорились, Елена сердилась: «Не трогай меня!» А он говорил: «Но они же не виноваты!» - и показывал на ее руки. И она все прощала.
Елена вспоминала: «Он был все время разный. Засыпая вечером, я никогда не знала, с каким человеком проснусь утром. Разговорить его было непросто - очень замкнутый был человек, но когда он начинал говорить, я просто заслушивалась. Вообще-то он молчун был и любил одиночество. Сначала я никак не могла этого понять: в нашем женском представлении, если любишь человека, хочется быть с ним как можно больше. Альгис очень меня любил, но ему хотелось одиночества: уходил на лыжах в лес или уезжал куда-то далеко на велосипеде... Потом я поняла его, и жизнь у нас наладилась».
Однажды во время гастролей Елена сидела в номере, ждала его звонка. И так рванулась к телефону, что сломала палец на ноге. В четыре часа ночи ее увезли в больницу, наложили гипс, и все концерты она пела в инвалидной коляске. Альгис в этой коляске ее возил по городу.
Он всегда дарил ей цветы. А иногда приходил домой и сообщал: «Сегодня я "Жизель" играл для тебя». И все адажио в «Лебедином» были для нее, она это знала. В антракте Альгис обязательно шел ей звонить, и это тоже был подарок. А она, когда могла, старалась заглянуть в антракте к нему в дирижерскую комнату. "Он лежал на диване в черных брюках и белоснежной рубашке, лицо у него было одухотворенное, и я его в эти минуты очень любила..." -признавалась Елена Образцова.
Все оборвалось в одно мгновение. У Альгиса обнаружили рак, сделали операцию. Врач сказал Елене, что ему осталось три месяца. Он прожил полтора года... Все это время Елена была рядом с мужем, поддерживала его, строила планы. Уверяла, что он поправится, а у самой кошки скребли на душе. Наступила черная полоса: Елена упала на сцене и сломала руку, потом ограбили их квартиру и в завершение мук - умер Альгис.
Жить без него Образцова не хотела. Она оставила сцену, на два года сделалась отшельницей, пока друзья не втянули ее в работу. «Я очень любила моего мужа. Я и сейчас очень его люблю...» -постоянно говорила Елена.
...Елена Васильевна Образцова ушла из жизни 12 января 2015 года, пережив мужа Альгиса Жюрайтиса на шестнадцать лет. В память об этой гениальной паре остались записи концертов, интервью, телепередачи. Но главное, чему они научили нас своим примером, это то, что настоящая любовь есть, и она преодолеет все, если ее не предать.
https://www.facebook.com/natalia.ignate … 1791428194

0

30

Спасибо большое. Светлая им память.

0